Оппортунизм и так называемая «Арабская весна» Прибыльный бизнес «революции» под командованием империализма

  • 16.07.14 18:42

29 июля  2012 года газета «Нью Йорк Таймс» опубликовала статью Нила МакФаркуара (Neil MacFarquhar) под следующим заголовком: «По мере затягивания сирийской войны растет роль джихадистов».  Как можно догадаться из заголовка, в статье речь идет о растущей роли джихадистов в рядах так называемой сирийской оппозиции.  Но журналист неожиданно  приводит одну очень интересную деталь, цитируя слова профессора Эдинбургского униерситета Томаса Пьерре (ThomasPierret):

 «Также и не все иностранные боевики являются джихадистами. Один ирландский ливиец, Махди аль-Харати, участвовавший в Ливии в боях за Триполи, организовал группу добровольцев для Сирии, - заметил Томас Пьерре, который преподает современный ислам в Университете Эдинбурга. «Он не джихадист; он считает себя ливийским революционером, пришедшим на помощь сирийской революции», — сказал Пьерре.»[1]

Это имя, Махди аль-Харати, выбранное как пример воюющих в Сирии не-джихадистов, действительно представляет большой интерес.  Из того же репортажа мы узнаем, что он командует бригадой Лива аль-Умма около Алеппо, в которой против армии Ассада воюет и его шурин Хуссан аль-Наджар .

Впeрвые мы услышали имена этих ирландских граждан, рожденных в Триполи, около года назад во время так называемого ливийского восстания. О том, где Махди аль-Харати тогда был, написала 13 августа 2011 года газета «Айриш Таймс»[2].  Он находился в небольшом городке Налут на ливийско-тунисской границе, где была расквартирована так называемая  Триполийская революционная бригада. «Все знают ирландского джентельмена Харати», — пишет репортер. Безусловно, все его знали, так как он командовал той бригадой, а вот насколько он был «джентельменом».... 

В феврале 2011 года Аль-Харати покинул Дублин, где он якобы вел спокойную жизнь со своей женой и четырьмя детьми, чтобы присоединиться к повстанцам под командованием НАТО.  Он и его шурин Хуссан аль-Наджар, бывший дублинский подрядчик, отправились в Ливию заниматься «революционным бизнесом».  Они создали Триполийскую революционную бригаду, странный набор людей с высшим образованием, включавший инженеров, врачей, предпринимателей и т.д.,  с целью отвоевать от сил Каддафи Триполи. По словам Аль-Харати: «Наша идея заключалась в том, чтобы создать хорошо организованную группу для борьбы в западной части страны.  У нас не было никакой идеологии. Мы были просто революционерами.»[3]  Они сразу же встретили радушный прием у Национального переходного совета и за несколько месяцев численность их группы увеличилась с 15 до почти тысячи человек. Они прошли военную подготовку под руководством катарского спецназа и приняли активное участие в «битве за Триполи».

Махди аль-Харати командовал главным наступлением на Триполи, начатым 21 августа 2011 года. После захвата столицы он стал заместителем председателя Военного совета Триполи. Другими словами, он стал вторым человеком в организации, призванной объединить всех боевиков в национальную армию. Первым человеком был Абдулхаким Белхадж. Да, тот самый Абдулхаким Белхадж из ливийской Исламской боевой группы, ветви Аль-Каиды Исламского Магриба в Ливии.

История Махди аль-Харати и его шурина Хуссана аль-Наджара, так называемых «революционеров Арабской весны», на этом не заканчивается.  В действительности она становилась все интереснее по мере того, как аль-Харати подымался все выше в иерархии «революционного бизнеса».

В начале октября 2011 года неизвестные вломились в дублинский  дом, принадлежавший семье Харати. Их добычей стало большое количество ювелирных изделий, произведенных в Ливии и Египте. И не только это. Были также похищены 200 тысяч евро наличными, все в банкнотах по 500 евро, разложенных по отдельным конвертам.  Махди аль-Харати спешно вернулся в Дублин и заявил полицейским, что эти деньги были им получены от секретных агентов США на помощь военным операциям в Ливии.[4]  Похищенные из его дома на юге Дублина 200 тысяч евро были суммой, отложенной аль-Харати на личные нужды.  Другими словами, мирный преподаватель арабского языка, ирландский джентельмен ливийского происхождения признался, что он занимается в Ливии «революционным бизнесом», который оплачивается секретными службами США.

Через несколько дней после этого инцидента он покинул свой пост в «новом режиме Ливии». Это скорее всего объяснялось конфликтом между группой Абдулхакима Белхаджа, с которой был связан аль-Харати, и кликой Махмуда Джибриля, известной своей жестокостью. Также его отставка могла объясняться и тем, что перестало поступать щедрое вознаграждение. Наш герой — профессионал; кому нужен покой, когда впереди еще столько возможностей... Так что теперь он в Алеппо во главе бригады Лива аль-Умма; и снова странная группа элитных бойцов, собравшая в своих рядах инженеров, врачей, предпринимателей и пр.

И это еще далеко не все в истории Махди аль-Харати, «профессионального революционера а-ля Арабская весна». На самом деле жизнь Аль-Харати до его приключений в Ливии была не столь уж тихой и мирной, как это казалось. Он был на борту парома «Мави Мармара», где в мае 2010 года 9 человек погибли от руки израильских солдат. Он был высажен с борта на носилках, не из-за ранения во время зверского нападения израильского спецназа, а из-за диабетического шока, случившегося с ним перед самой атакой.  У него был диабетический шок, он выбрался с парома живым и вернулся в Дублин как герой. И очень скоро он максимально пожал плоды этого обстоятельства.

Выбраться на борту одного из кораблей направлявшейся в Газу «Флотилии свободы» ему помогло Ирландское антивоенное движение (IAWM).  В этот период он установил хорошие отношения с антивоенным движением в Дублине. И когда от отправился в Ливию бороться под крылышком НАТО и в хвосте у Аль-Каиды Ирландское антивоенное движение призывало «международное сообщество» вооружить Национальный переходный совет и признать его официальным представителем ливийского народа.  То же самое Ирландское антивоенное движение требовало от США предоставить Египту военную помощь в 1,3 миллиарда долларов для передачи ее «ливийским повстанцам», таким как аль-Харати.[5] Помощь они предоставили...

Что значит иностранная интервенция?

Критикуя фальшивый «интернационализм» Каутского, который защищал гнусный обман меньшевиков, называвших Первую мировую войну оборонительной или революционной войной, Ленин отмечал:

«Империалистская война не тогда пере­стает быть империалистской, когда шарлатаны или фразеры, или мещане-филистеры выдвигают сладенький "лозунг", — а лишь тогда, когда класс, ведущий империалист­скую войну и связанный с ней миллионами экономических нитей (а то и канатов), ока­зывается на деле свергнутым и когда его заменяет у власти действительно революци­онный класс, пролетариат. Иначе из империалистской войны а равно из империали­стского, грабительского мира вырваться нельзя.»[6]

Почти сто лет спустя после того, как Ленин написал свои аргументы, у нас появилось еще больше фразеров или мелко-буржуазных флистеров, выдвигающих сладенькие «лозунги» империалистической войны. Мещане-филистеры нашего времени снова идут на гнусный обман по поводу характера и действующих лиц еще одной империалистической агрессии. Одним из общих приемов такого обмана является призыв «выступать против любой иностранной интервенции».

Позвольте мне продолжить пример ирландского «антивоенного» движения. В марте 2011 года через несколько дней после принятия Советом Безопасности ООН печально известного решения об установлении «бесполетной зоны над Ливией» друзья аль-Харати и ему подобных выступили с заявлением. В этом заявлении они определяют, что они считают «иностранной интервенцией» в противоположность тому, что они считают «истинной поддержкой народного дела» следующим образом:

«Если бы НАТО и ООН действительно хотели поддержать и защитить повстанцев, они бы действовали по-другому. Они могли бы послать вооружение непосредственно повстанцам и отправить зенитное оружие в находящиеся около тунисской границы Бенгази, Альзентан и Зинтан,  сбросить оружие и муницию повстанцам, осажденным  в  городах Адждабийя и Мисрат. Они могли бы предложить медицинскую помощь и последовать примеру многих ливийских врачей, живших в эмиграции, которые поспешили домой на помощь раненным. Они могли бы просто быть едиными в признании действующего в Бенгази Национального совета законным правительством Ливии.»

«Так где же лежит оправдание интервенции?  При 39,1 миллиарда баррелей запасов высококачественной нефти, когда цены на нефть уже превышают 105 долларов за баррель, для  западных нефтяных компаний важно сохранить доступ к ливийским месторождениям нефти. У БП здесь громадные капиталовложения, но Италия и Испания – крупные закупщики ливийской нефти, и в Ливии действуют почти все крупные нефтекомпании Европы, включая испанскую Репсол (Repsol), итальянскую Эни  (Eni), французскую Тотал (Total), немецкую Винтершал (Wintershall) и австрийскую ОМВ (OMV).  Как и в случае с Ираком эта военная интервенция сильно пахнет нефтью.»[7]

Так что же эти современные мещане-филистеры считают империалистической войной?  Каково их определение «иностранной интервенции»?

Очевидно, что они не считают интервенцией поставки оружия, обеспечение воинской подготовки и информации так называемых «повстанцев». Другими словами,  обстрел Томогавками с беспилотных Предаторов – это иностранная интервенция, а поставка тех же самых Томогавков боевикам Переходного национального совета – нет!

Далее, согласно фразерам нашего времени постоянные с начала переворота  требования так называемых ливийских повстанцев начать военную интервенцию, особенно воздушные удары, также не могут считаться призывами к иностранной военной интервенции.

Было ли этим мелкобуржуазным филистерам стыдно, когда они читали репортажи о падении Триполи?  Эта история была рассказаны агентством Рейтерс, то есть одним из самых главных представителей милитаристских СМИ.[8] Репортаж явно был написан, чтобы поторжествовать по поводу того,  как так называемые повстанцы работали рука об руку с западным капиталом.  Дается очень детальное описание тесных отношений между милицией Переходного национального совета и западного капитала, например, как часто они встречались в Елисейском дворце. Как они передавали военную информацию в штаб НАТО, чтобы самолеты НАТО могли успешно вести прицельные бомбардировки перед началом сухопутных операций и т.д.

Знают ли наши фразеры, что те же самые империалистические страны, которые подписали Резолюцию №1973 Совета Безопасности ООН, обеспечивали Переходному совету Ливии международную легитимность, в Западных Горах и других районах вели военную подготовку его вооруженной милиции, включая наемников из Аль-Каиды?

Выступая во имя «мира» против прямой интервенции НАТО, поддерживать в то же время «прокси-войну» – опосредованную войну, развязанную в интересах империализма; это политика нынешних оппортунистов. Да, они возможно слегка краснеют, когда в репортажах Би-Би-Си читают о том, что произошло после «революции» в ливийском городе Таверга,. Итак, они пишут, на этот раз о Сирии:

«Любая военная интервенция Запада лишь ухудшит положение. Военная интервенция НАТО в Ливии в прошлом году привела только к дальнейшей эскалации насилия и жестокости, более 30 тысяч погибших и кошмарные рассказы активистов внеправительственных организаций о продолжающихся расправах, убийствах и пытках. Город Таверга к югу от Мисрата, в котором проживало 30 000 в основном чернокожих африканцев, был практически уничтожен. Западная оккупация Ирака и Афганистана принесла невыносимые насилие и страдания их народам.»

«Чтобы ни происходило в Сирии, организация Ирландское антивоенное движение не может поддерживать никакой формы военной интервенции западных стран.  Народы Египта и Туниса показали миру, что они в состоянии сбросить поддерживаемых Западом диктаторов без западной помощи. Западные лидеры должны прекратить вмешательство в Арабскую весну и дать народам этого региона решать свое будущее. Они лучше всего помогут народу Сирии, если перестанут поддерживать деспотические режимы Бахрейна и Саудовской Аравии.»[9]

Сейчас они открывают  факты «насилия» в Ливии и того, что вмешательство НАТО «ухудшило» положение! Но эта та же самая организация поддерживала вооружение, финансирование и военную подготовку тех преступников, кому мы этим насилием обязаны. И когда они обращаются к Сирии, после позора в Ливии, они снова видят и призывают других видеть одно насилие.  Но насилие со стороны кого? Башара аль-Ассада? Алавитов? Или поддерживаемых Западом исламистских наемников?

«Нет – иностранной интервенции, да – «революционерам», проливающим кровь и оплачиваемых западным капиталом»! А если вы осмелитесь заметить, что это всего лишь две стороны одной медали, то  будете заклеймованы как ассадист или каддафист.

 

 

Вопрос остался без ответа: Чья это война?

Так называемое Ирландское антивоенное движение – это всего лишь один пример из многих. Общая цепь их рассуждений основывается на той же самой фальсификации и/или  заблуждении относительно природы конфликтов на Ближнем Востоке. Другими словами, главная проблема – найти ответ на очень простой вопрос: Чья это война?

Позвольте мне привести другой пример того, как эти фальсификация и/или заблуждение работают в речах «левой» научной интеллигенции. Вот что говорит Жильбер Ашкар на страницах ливанской газеты «Аль Ахбар»:

«Что США хочет от арабских революций? США идут вслед за поездом, сидят в вагоне или опережают поезд?

«Ж.А.: Америка безусловно не впереди поезда.  Вашингтон и союзное с ним сионистское государство были и продолжают быть очень обеспокоены изменениями в арабском мире. Мы знаем из израильской прессы, что они даже беспокоются за сирийский режим, потому что он обеспечивает по крайней мере какую-то стабильность.  Но США не были слишком сильно удивлены тем, что случилось.»[10]

А вот еще один -  Алекс Каллиникос из Социалистической рабочей  партии, критикующий оценку, который сделал Тарик Али, назвавший события в Сирии «ре-колонизацией»:

«Идея, что идет процесс «ре-колонизации» Сирии, предполагает, что Запад давно стремится к свержению режима Ассада. Но это ничем не подтверждается. В годы правления отца Башара Хафеза сирийское государство сложилось как жестокий, но надежный капиталистический менеджер.»[11]

Он продолжает утверждая, что несмотря на то, что «вспышка» в Сирии воодушевила местных и западных противников сирийского режима, шансы посылки войск или даже обеспечения защиты с воздуха «повстанцев» весьма отдаленные. Затем нас приводят к следующему выводу:

«Сражения несут на себе все печати импровизированного и отчаянного вооруженного восстания. Мы можем спорить о том, была ли со стороны повстанцев мудрой политика столь быстрой милитаризации их борьбы. Мы можем сожалеть об отсутствии независимых действий рабочего класса, имевших столь большое значение во время революции в Египте.»

«Но то, что ее сирийская копия столь быстро переросла в гражданскую войну,не меняет того факта, что корни сирийской революции уходят в народное восстание.»[12]

И еще один пример. На этот раз с другой стороны Атлантики... Приводим слова Иммануила Валлерштейна:

«Я тем не менее не думаю, что через год или два мы увидим, что Ассад ушел или режим изменился коренным образом. Дело в том, что те, кто громче всего осуждает его, на самом деле не желают его ухода.»

«Да, Иран продолжает оставаться проблемой для израильтян.  Да, Сирия при правлении партии Баас остается дружественной Ирану.  Но после всех слов и поступков Сирия оставалась для израильтян относительно спокойным арабским соседом, островом стабильности. Да, сирийцы помогали  Хезболла, но и Хезболла была тоже относительно спокойной. Почему бы Израиль действительно хотел пойти на риск возникновения неспокойной пост-Баасовой Сирии? Кто бы тогда захватил власть, и не пошли ли бы они на то, чтобы укрепить свою власть, распространив джихад на Израиль? И не привело ли бы падение Ассада к нарушению тех относительных спокойствия и стабильности, которые сейчас похоже наблюдаются в Ливане, и не смогло ли бы это закончиться дальнейшим усилением и возобновлением радикализма Хезболла? Израиль очень многое потеряет, и совсем не много выиграет, если падет Ассад.»

 (…)

«И не в этом ли как раз причина того, что Обама и его советники не видят хороших вариантов? Их затолкнули в ливийскую операцию. США не понесли больших человеческих жертв, но действительно ли  они добились реальных геополитических преимуществ как результат? Является ли новый ливийский режим, если вообще можно говорить о новом ливийском режиме, чем-нибудь лучшим?  Или это начало длительной внутренней нестабильности, как это случилось в Ираке?

«Так что, когда Россия наложила вето на резолюцию ООН по Сирии, я могу себе представить, что в Вашингтоне вздохнули с облегчением.  Тяжесть необходимости поднять ставки и начать интервенцию, подобную ливийской, была снята. Русское вето защитило Обаму от нападок республиканцов в связи с Сирией.  И Сьюзан Райс, постоянный представитель США при ООН, всю тяжесть вины может переложить на русских. Они «отвратительны», – заявила она, ох, как дипломатично.»[13]

Прочитав эти заявления, давайте вернемся к нашему первоначальному вопросу: чья это война?

Согласно этим представителям «левой» научной интеллигенции, это определенно не война империализма.  Согласно Ашкару лучшем определением происходящего является выражение «революционный процесс». А по мнению его коллеги Каллиникоса это – «революция», уходящая корнями в народное восстание. А по мнению всех троих (и в действительности еще очень многих в академических кругах Запада) в ближайшем будущем открываются большие возможности; существуют очень четкие перспективы и империализм просто пытается взять процесс под свой контроль.

Таким образом формула этих господ следующая: не верить «антиимпериалистической риторике» левых; не верить «ориенталистам» и «исламофобам», которые жалуются на исламских экстремистов, салафитов, Аль-Каиду и пр.; поддерживать «революцию», так как ее корни уходят в народ, хотя эту революцию и не возглавляет настоящая классовая сила.

Давайте немного разберем эту формулу:

  1.       Идет ли здесь речь всего лишь о примитивной анти-империалистической риторике?

Какие бы факторы вы стали рассматривать,чтобы определить, соответствуют ли происходящие процессы интересам империализма и следовательно манипулируются и направляются империалистическими центрами?  Возможно, во-первых и прежде всего вы бы посмотрели, усиливаются ли или нет действия на чисто классовой основе против империализма и капиталистического правления. Затем вы бы проверили состояние сил, которые по текущим и политическим причинам выступают против интересов империализма.  И наряду с этим вы  бы проверили, как меняются империалистические союзы и структуры сотрудничества..

Когда мы рассмариваем события, происходящие на Ближнем Востое вот уже почти два года, с точки зрения этих трех критериев, что мы видим?

Можем ли мы сказать, что сейчас трудящиеся региона выступают более сознательно, массово и сильно против империализма и власти капитала? Другими словами, можем ли мы сказать, что трудящиеся Египта, Туниса, Ливии, Сирии и т.д. ближе к тому, чтобы стать классом для себя после всех этих событий? Хотя можно привести несколько частичных достижений в Тунисе и Египте, никто не может удовлетворительно ответить на вопрос о том, насколько свержение диктаторских режимов позитивно отразилось на организации и борьбе рабочего класса даже в этих двух странах.  Напротив, мы видим, что в этих странах буржуазный порядок был «восстановлен», сохранив костяк прежнего режима.  В регионе мы сейчас имеем новые капиталистические режимы, с увеличивавшимися  преимуществами.  Их преимущества возросли, потому что главные западные СМИ, мозговые центры, и т.п. при участии и «левой» интеллигенции назвали их «революционерами». Как мы подчеркнули в недавно опубликованной брошюре[14], любая сила, которая приходит к власти в результате социальной революции, считается легитимной.  Так им была дарована большая степень легитимности всеми структурами западных стран. Итак, мы имеем сейчас буржуазные политические власти, опирающиеся на массовую базу исламистских организаций и экипированные идеологическими преимуществами Исламизма как для управления трудящимися массами своих стран, так как и для достижения своих целей среди народов этого региона.

А какого же значение этих восстановленных буржуазных режимов в отношении империалистических альянсов и структур в регионе? Видят ли «левые» интеллектуалы, утверждающие, что Израиль чувствует себя некомфортно в условиях развивающихся в регионе событий, тот факт, что тот же самый Израиль наращивает свои военные операции на Синайском полуострове (официально) по прошествии 30 лет  как знак своего «недовольства»? Или это просто отражение того открывшегося перед Израилем громадного вакуума, в котором он сейчас маневрирует?  Неужели слишком трудно понять, после всех этих событий, что Израиль ухватился за возможность разбить на куски союзническую структуру Ирана, возможность, о  которой он два года назад даже мечтать не мог?  Дальше, разве это ничего не значит, когда официальные представители сионистского государства делают заявления о так называемом химическом оружии сирийского режима и используют это как повод для возможной интервенции?  Разве это ничего не значит, когда они грозят Сирии, Ливану и Ирану военной интервенцией и не встречают почти никакой ответной реакции остального мира?

Давайте возьмем Турцию... Да правительство ПСР (Партии справедливости и развития) проводит свою милитаристскую политику с таким размахом, что действует на нервы даже американской администрации, находящейся накануне президентских выборов.  Факт и то, что оно нерасчетливо пошло на риск, о чем свидетельствуют события в населенных курдами районах Сирии  и рост напряженности среди алавитского населения Турции. Да, любой, кто имеет хотя бы малейшее понятие о Турции, видит, что это правительство с его бредовыми планами создания новой Великой Османской  империи, в которые оно немало вкладывало в последние десять лет, наконец-то увидело шанс на их осуществление с наступленим так называемой «Арабской весны». Правительство ПСР не озабочено событиями в регионе, но озабоченно возможными препятствиями, которые могут встать на пути к достижению той роли, которую оно хотело бы играть.  Те, кто два года назад славили Эрдогана за его «выступление против Израиля», должны подумать о том, как тот же самый Эрдоган превратился в фигуру, разрабатывающую вместе со своими союзниками по НАТО «планы операции» против Сирии.

  1.       Кто является ориенталистом?

В Тунисе и Египте власть захватили Мусульманские братья. В Ливии к власти пришла более сложная и широкая коалиция исламистов.  И в Сирии  политическая власть, стоящая ближе всех к захвату власти, тоже состоит из исламистов. Это правда, что в некоторых из этих стран исламистские организации имеют среди народа крепкую базу, которая по большей части носит плебейский, бедный и популистский характер.  Тем не менее, наши «левые» интеллектуалы, празднующие победу исламистов, похоже забывают, что на этих территориях исламистское движение как политический фактор было также и частью старого статуса кво. Так что следующая логика является логикой самого ориентализма: исламисты никогда не захватывали власть в Египте, Тунисе, Сирии или Ливии, но они пользуются массовой поддержкой; следовательно они представляют угнетенных. Это ориенталистский подход, потому что он изображает Ближний Восток с точки зрения иностранцев, основанной на их предположениях и предрассудках. Это  –   картина, ментальный конструкт политической географии региона, так как во многих аспектах исламистское движение всегда являлось компонентом властной структуры и официальных идеологий в регионе.  И только сами исламистские организации никогда до последних двух лет не приходили к власти.

Еще одно следствие настоящего ориентализма –  стремление систематизировать все наследие просвещения на Ближнем Востоке как внешнее, чуждое, как что-то, навязанное деспотическими режимами. Однако этот географический регион имеет глубокие традиции классового движения,  опыт антиимпериалистической, антиколониальной, антисионистской борьбы.  Вера в то, что народная власть на Ближнем Востоке может быть создана только исламистскими силами – чистой воды ориентализм.

Следовательно, предполагать, что поражение рабочего классового движения, еще до того, как в нем были бы созданы подлинные представительство и организации в защиту его  интересов,  нормальная вещь для этого региона – это еще одно отражение ориенталистского подхода. За таким подходом скрывается предположение о том, что силы рабочего класса на Ближнем Востоке могут быть только компонентом «демократической народной борьбы» против диктатур, неолиберализма и пр.  Следовательно считается достаточным называть эти процессы «рабочим движением», а смены режимов «революциями» только потому, что в них принимают участие трудящиеся массы.  И все же даже чисто буржуазные движения были бы не в соостоянии совершить изменения такого масштаба при отсутствии определенного участия и поддержки трудящихся масс.

  1.       Может ли быть совершена революция рабочего класса при отсутствии организации рабочего класса?

Приводимое ниже с трудом поддается защите: некоторые западные «левые» интеллектуалы типа Ашкара, Валлерштейна и Каллиникоса рассуждают о «революции», «революционном процессе» или «народном восстании». Хотя нет никаких доказательств, свидетельствующих о том, что дело организации рабочего класса продвинулось вперед в странах, где произошла смена режимов.  На каком основании можно эти события называть «революцией» тогда, когда рабочий класс не продвинулся вперед даже в отношении степени экономической и политической организованности, не говоря уже о захвате политической власти.

Другой проблемный аспект заключается в том, что они не делают количественного различия между событиями в Тунисе и Египте и тем, что случилось после них. Широкие массы принимали участия в событиях в Тунисе и Египте. В Ливии же мы не можем говорить о «народном движении» даже в начале или в конце процесса. Мы имеем только хорошо спланированную операцию, проведенную империалистическими державами и их пособниками.

Да и в Сирии трудно сказать, на чьей стороне «народная поддержка».  Достаточно только посмотреть на представителей так называемой «Сирийской оппозиции», чтобы увидеть эту голую двусмысленность: бывшие офицеры армии Ассада; джихадисты, воевавшие в Ираке, Афганистане, Ливии и т.д.; Муслимские братья, чья массовая база в Сирии на порядок меньше по сравнению с той, что имеется у них в Египте; бывшие дипломаты, университетские преподаватели, политики и пр. , в большинстве своем живущие в западных странах... Они по большому счету и представляют так называемую сирийскую оппозицию.

С другой стороны, с марта 2011 года мы видели много народных митингов в поддержку режима партии Баас,  массовость которых не может отрицать даже западная пресса.  И почти  уже всем известно, что алавиты, христиане, большинство курдов и даже большинство сунитской бедноты, проживающей в пригородах Дамаска и Алеппо, не поддерживают так называемых «повстанцев».

Конечно, эти факты не «доказывают», что упомянутые группы сирийского населения поддерживают Башара аль-Ассада безоговорочно.  И все же это  еще один признак того, как так называемое «восстание»  подорвало возможность развития подлинно массового движения  против режима Баас. Большинство сирийского народа сейчас чувствует себя обязанным встать на его сторону; из-за грязной войны, навязанной их стране и ее будущему по поручению Запада его посредниками.

Так что же это за «народное» восстание?

 

Оппортунизм сейчас и оппортунизм сто лет назад

Достаточно странно, но сейчас в мире происходят процессы, подобные тому, что происходили почти 100 лет назад. Тогда оппортунисты, набившиеся  во Второй  Интернационал,  поддерживали империалистическую войну за раздел и перераздел мира. Они подготавливали оправдания для буржуазии своих стран, повторяя лозунги фальшивых «патриотизма» и интернационализма для защиты интересов своих собственных империалистов. Внутри рабочего движения они действовали как посланцы своих имперских государств.

Почти 100 лет спустя тех событий  в похожих до странности условиях глубокого капиталистического кризиса и агрессивной войны мы видим как оппортунизм нашего времени делает тоже самое. Вместо каутских мы видим ашкаров, наставляющих так называемых «сирийских повстанцев» в вопросах военно-политической стратегии. Мы видим сегодня лотаров биски и меленшонов, подписывающих резолюции европейского империализма о военной интервенции в Ливии.

Они кричат, подобно тому, как кричит Партия европейских левых, «нет – иностранным интервенциям, нет – бесполетным зонам, нет – НАТО». Право, очень хорошо...

Они заявляют, что активизируют свои усилия, дабы помочь демократическим, прогрессивным и левым общественным и политическим силам в Сирии достичь справедливого и мирного разрешения идущего социального и политического конфликта, и выступают на всех международных форумах (в Европарламенте, национальных парламентах стран ЕС, в общественных движениях и организациях и пр.), чтобы помешать милитаристской стратегии, вынашиваемой империалистическими силами.[15]

Снова,  очень хорошо...

Но все еще продолжаешь недоумевать: Где же были ваши принципы и усилия предотвратить все «милитаристские стратегии», когда ваши лидеры говорили «да» на резолюцию по Ливии от 10 марта 2011 года, которая гласит, что «допускаются все меры, предусмотренные в Уставе ООН», и которая призывала Верховного  представителя ЕС по внешней политике  предпринять «меры для того, чтобы Совет Безопасности принял решение о дальнейших действиях, таких как введение режима бесполетной зоны».

И недоумеваешь дальше: Что вы считаете «милитаристской стратегией»? Что вы считаете «иностранной интервенцией»? Это просто введение режима бесполетной зоны или это включает укрывательство, подготовку и поддержку вооруженнй милиции всеми средствами против суверенного государства?

 

 

[1] MacFarquhar, N., “As Syrian war drags on, jihadists take bigger role”, The New York Times, July 29, 2012.

[2] “Irish Libyans join rebels trying to oust Gadafy” (Ирландсккие ливийцы присоединяются к повстанцам,борющимся против Каддафи), Irish Times, August 13, 2011.

[3]Тамже.

[4] “Tinker raiders, soldier, spy”, Sunday World, http://www.sundayworld.com/columnists/index.php?aid=9335

[5]В пресс-заявлении Ирландского антивоенного движения от 28 марта 2011 года мы читаем: «Если соседи Ливии – Египет и Тунис – окажут помощь – военную, материально-техническую и практическую – оплотам повстанцев в Ливии, это поможет арабским народам вести их революцию. Вооружение ливийских повстанцев было бы лучшим вариантом использования Египтом полученной от США военной помощи на сумму 1,3 миллиардов долларов.  Такие меры помогли бы предотвратить тот результат, который похоже очень начинает нравиться Западу – разделение страны на две части -  находящийся в руках повстанцев восточный регион и остальную часть, под контролем Каддафи.» «Протест Ирландского антивоенного движения: бомбардировки НАТО и бесполетная зона». http://irishantiwar.org/node/1209

[6]В.И.Ленин, Пролетарская революция и ренегат Каутский. ПСС, том 37, стр.293

[7]«Протест Ирландского антивоенного движения: бомбардировки НАТО и бесполетная зона». http://irishantiwar.org/node/1209

[8] Nakhoul, Samia, “Special report: The secret plan to take Tripoli” (Специальныйрепортаж: СекретныйпланвзятияТриполи), Reuters, September 6, 2011, http://www.reuters.com/article/2011/09/06/us-libya-endgame-idUSTRE7853C520110906

[9]«Ирландское антивоенное движение: Заявление по Сирии». 19 февраля 2012 года, http://irishantiwar.org/node/1618

[10]Шариф, Дима, «Жильбер Акхар: Революция только началась». Аль Ахбар, 24 августа 2012 года

[11]Каллиникос, Алекс. «Корни революции в Сирии в народном восстании», Socialist Worker,Выпуск 2313, 28 июля 2012 года

[12]Там же.

[13]Валлерштейн, Иммануил «Сирийский тупик», 15 февраля 2012 года http://www.iwallerstein.com/syrian-impasse/

 

[14]В декабре 2011 года мы писали:

«Почему бы империализм хотел воспользоваться концепцией «революции»? Не рискованно ли это в условиях происходящего общего кризиса капитализма?

Мы считаем, что ответ на этот вопрос прост: потому,  что любая политическая сила, «пришедшая к власти путем революции», является легитимной... Другими словами, завоевание политической власти путем революции обязательно предполагает согласие широких масс, что в свою очередь предполагает легитимность.

Таким образом, империализм увидел, как он может создать себе возможность насаждения в регионе более легитимных своих подразделений, если будет успешно манипулировать понятием революция. По различным соображениям империалисты пошли на риск сыграть «революционной картой», так как она вызывает гораздо больше доверия с точки зрения нынешнего положения капитализма и империализма.Они снова задушили истинные, легитимные и справедливые требования трудящихся масс в своих собственных интересах.  Но на этот раз создав иллюзию того, что они на стороне трудящихся масс.»  («Политическая позиция Коммугнистической партии Турции в связи с событиями в арабском мире и на Ближнем Востоке», Коммунистическая партия Турции, декабрь 2011 года)

 

[15]Заявление Партии европейских левых «Мы против НАТО и любой военной интервенции в Сирию», 14 января 2012 года, Берлин.

УЧАСТНИКИ ПРОЕКТА